«Крючок» для Порошенко

Опубликовано: 06.06.2018 11:04

Нарастающее разочарование западных «партнеров» нынешним президентом Украины Петром Порошенко становится точкой преткновения между отношениями Киева и Запада. Одной из главнейших проблем последних дней стало создание антикоррупционного суда.  По утверждение заокеанских стран, этот суд нужен для завершения антикоррупционной вертикали в стране.

В недавнем заявлении в пресс-секретаря Государственного департамента США Хезер Науерт говорится, что Америка призывает Украину создать антикоррупционный суд, который бы отвечал требованиям Международного валютного фонда. В Госдепе отмечают, что создание действительно независимого антикоррупционного суда является важнейшим шагом для правительства, чтобы отказаться от коррупции, «которая продолжает угрожать национальной безопасности, процветанию и демократическому развитию в Украине».

Однако самое примечательное здесь то, что совсем недавно такого органа от Киева не требовали. Достаточно посмотреть на документы, где предоставление Украине разного рода благ, увязывается с борьбой с коррупцией. Например, на доклады Еврокомиссии совету ЕС об имплементации Украиной плана действий по визовой либерализации (последний датирован 18 декабря 2015 года), или на Меморандум о взаимопонимании между Украиной и ЕС от 22 мая 2015 года о выделении кредита Евросоюза на сумму в 1,8 млрд евро. Там много внимание уделено НАБУ, САП, НАПК, но ни намека на такой суд.

Почему же Запад вдруг решил надавать на Украину и сделал создание антикоруппционного суда одним из важнейших пунктов для получения нового транша?

Формально идея этого суда — инициатива Петра Порошенко. 30 мая 2016 года появляется президентский            законопроект «О судоустройстве и статусе судей», а уже 2 июня Рада принимает его в целом. В нем предусмотрено создание двух высших специализированных судов: по вопросам интеллектуальной собственности и антикоррупционного. Но формат этого суда данным законом не определен, равно как и сроки его создания. В переходных положениях лишь указано, что «Высший антикоррупционный суд образуется, а проведение конкурса на должности судей в этом суде должно быть объявлено в течение двенадцати месяцев со дня вступления в силу закона, который определяет специальные требования к судьям этого суда». То есть суд теоретически может заработать лишь через год после принятия закона, а дедлайн для принятия не установлен.

Да тогда в ходе дебатов в Раде представители «Самопомощи» говорили, что надо создать этот суд скорее и в его составе должны быть иностранцы. Но поговорили и разошлись. Никто извне Украину не торопил. Напротив, живущим на гранты антикорруцпционным активистам некоторое время казалось, что Западу не нужна новая структура.

Но в сентябре 2016 года Еврокомиссар Йоханнсен Хан на форуме YES поддержал несколько позиции, которые ранее воспринимались Брюсселем со скепсисом. Речь идет в частности о создании нового антикоррупционного суда, с участием представителей международного сообщества в отборе судей для него. Но такая позиция еще не выглядела мнением всего ЕС. Ведь тема антикоррупционного суда, судя по материалам сайта Евросоюза, не фигурировала в декабре-ноябре 2016 года ни на саммите Украина- ЕС, ни на заседании Совета ассоциации, ни в докладе об имплементации Украиной соглашения об ассоциации.

Все стало меняться с начала 2017 года, когда вопрос закона об Антикоррупционном суде появился в меморандуме с МВФ, который датирован 2 марта. В соответствии с ним Украина обязывалась до 15 июня 2017 года принять закон об антикоррупционном суде, далее предполагалось, что к середине января 2018 года высший совет правосудия представит его судей на утверждение президенту, а с начала марта 2018 года, то есть за год президентских выборов, суд начнет работу. Вероятно, МВФ считал, что на практике сроки окажутся сдвинуты, но это не помешает осуществить запуск суда еще до выборов.

4 апреля одновременно с этим меморандумом МВФ публикует и представленный 7 марта 2017 года доклад «Украина. Отдельные проблемы», подготовленный европейским департаментом фонда. Из него хорошо видно, что МВФ ждет от Украины антикоррупционного суда именно для массовых посадок. В докладе с удовлетворением отмечается, что Латвии суд вынес обвинительные приговоры по более чем 80% дел, возбужденных местным аналогом НАБУ, а в Румынии — по 90%, а среди привлеченных к ответственности были премьер-министр, 5 министров и 21 член парламента этой страны.

Понятно, что МВФ — не самостоятельный политический игрок, а выразитель интересов Запада. И 6 марта 2017 года почти одновременно с меморандумом на фоне начавшегося дела главы ГФС Романа Насирова появляется твит посольства США в Киеве: «Необходимость создания независимого антикоррупционного суда очевидна и становится все более срочной». В тот же день к Америке присоденилась Германия и иные члены ЕС.

Видимо, для Запада принципиально важно, чтобы этот институт заработал как раз до президентских выборов, чтобы таким образом менять предвыборные расклады. И, вполне возможно, самые громкие дела НАБУ как раз приберегает именно до появления этого суда. И если сейчас вопрос формально стоит лишь о принятии закона, то едва он будет принят, как начнут требовать форсированного создания суда.

Значит ли это, что Запад вообще списал Порошенко, или же пока его только шантажируют? Однозначно ответить на этот вопрос нельзя. Однако ясно, что украинский президент не может надеяться на получение твердых гарантий. Напротив — и это для него самое тревожное — Запад переписывает правила по ходу игры, считая недостаточными вещи, которые совсем недавно были бы для него более чем достаточными.

Уже сейчас официальный представитель МВФ Джерри Райс заявил, что окончательная версия этого закона про антикоррупционный суд должна полностью соответствовать обязательствам Украины в рамках программы сотрудничества, а также рекомендациям Венецианской комиссии и Совета Европы. Главным и практически единственным камнем преткновения остается вопрос роли международных экспертов при отборе судей в первый состав антикоррупционного суда.

Согласно редакции первого чтения, оценивать кандидатов в судьи вместе с Высшей квалификационной комиссией судей (ВККС) из 16 человек будет экспертный совет, куда могут войти не более семи человек, предложенных финансовыми донорами Украины (МВФ, США, ЕС). При этом они настаивают на праве вето для зарубежных экспертов, что, по их мнению, станет гарантией честного отбора.

Переписывание совсем недавно написанных правил показывает, как быстро растет на Западе недоверие к украинскому руководству. Остается лишь один вопрос – что же будет ближе к выборам?